Я люблю гулять по тихим осенним улочкам под легкий шелест укладывающихся спать, разукрашенных в причудливые багряные тона листьев. Идешь, смотря себе строго под ноги, изучая волшебный рисунок ковра всех оттенков желтого. Взглядом идеалиста и мечтателя изредка скользишь по подернувшихся дымкой тихого дождика заплаканным домам и причудливой лепнине на фасадах зданий. Тайна трепетно дрожит во влажном ароматном воздухе и прячется в длинных тенях заката. О, этот момент встречи со своей душой! Ты вдруг понимаешь, что быть наедине с собой в этот прекрасный в своем осеннем засыпании вечер очень даже не плохо.

Воображение рисует мне себя эдаким задумчивым поэтом, бредущим по улицам с тросточкой, имея в попутчиках лишь тихо кружащиеся вокруг мечты. Слегка сутулая фигура в поношенном пальто сказочника (не иначе как Андерсена) идет под плачущим небом этой жизни, пытаясь постигнуть невероятное, чтобы сделать его близким, радостным, ликующим.

Время от времени дети останавливаются и показывают пальцем на известного в городе беззлобного чудака, открывающего тайную дверь в царство грез. Детишки посмелее подскакивает к сказочнику с веселыми визгами, зная, что сказочник добр и у него всегда можно получить небольшую порцию тихой радости. Может быть, небольшую выточенную из дерева фигурку или маленькую шоколадку.

Бредущая фигура останавливается и добрым взглядом провожает веселые стайки детей. Малыши и сказки чувствуют друг друга, и притягиваются - родное к родному, чистое к чистому, доброе к доброму. Мысль сказки чиста и понятна в своем твердом делении на доброе и зло, свет и тьму.

В жизни все сложнее и глубокие морщины на задумчивом лице певца пепельных слов и осенней грусти отразили весь опыт пережитых страданий и лишений. Жизнь выросла из своего детского возраста и более не читает сказок, предпочитая окрашивать саму себя в тысячи оттенков серого.

Почему-то именно осенью нас тянет на особую глубину образов и смиренную тишину слова. Беззвучная песня низких облаков и багряных деревьев говорит сама за себя, наполняя пространство чем-то невысказанным. Наверное, каждое озарение или, напротив, тихая скромная мысль под стать тому времени, в которое она впервые появилась на свет.

Если весной сердце рвется из груди, опережая слишком медлительное тело, а мысли скачут вдаль и журчат, как горные ручьи, то осенью с ее возвышенной глубокой печалью и мысли под стать - глубокие и неспешные. Такие, что и доверить их хочется лишь дневнику в прикроватной тумбочке.

Сказочник задумался и глубоко.

Почему, радуясь добру, мы делаем зло? Почему, радуясь ласке, мы часто несем противоположное? Почему мы перестаем читать сказки, и начинаем вместе с повзрослевшей мачехой судьбой листать черно-белую передовицу чужих грехов на глухом вокзальном полустанке нашей жизни?

А может и сказки то мы пишем не правильные, раз из детей вырастают все те же поскучневшие взрослые, утратившие юношеский блеск в глазах вместе с приобретением большой залысины и лишних килограмм? И вообще, можем ли мы создать идеальную сказку, которую хочется читать и перечитывать и в которую, в конечном счете, хотелось бы переселиться?

Да. Мы знаем о такой поистине волшебной истории, чья могущественная сила вбирает в себя все сказки мира. У добра есть Владыка. Как и у злодеев - есть свой большой босс, главный отрицательный герой, который никак не может просто жить и ему обязательно нужно вредить. Этой светлой истории уже 2000 лет и она неисчерпаема как атом и глубока как марианская впадина. История Христа, история Евангелия - далеко не сказка, это высшая реальность, но со сказкой ее роднит извечный принцип построения сюжета - добро в конце победит. Победит ослепительно, безусловно. И радости тех, кто был добр - не будет конца.

Плачет осеннее небо и задумчива душа бредущего по багровому пестрому ковру. Легкий шелест листьев в гулкой тишине одиноких улиц сопровождает напряженную работу мысли писателя. Спасение души, возвращение на свою небесную родину в Рай, вера в Христа - зависят от нас.

Небольшая кучка заповедей - просто люби людей, люби твоего Творца, создавшего всю красоту мира. Вот так все просто. Но - если все так просто, почему же целый сонм писателей, богословов, поэтов, и даже кинорежиссеров все никак не успокоятся?

Написаны целые библиотеки книг. И все это - толкования к чуду под названием Евангелие. Как будто над таинственным манускриптом Войнича в попытке правильно его понять вьется целая толпа ученых, да все понять никак не может. Буквы древнего алфавита не молчат, они открыты миру как пробитые ладони Христа, да только для каждого они несут свой, удивительный и всегда очень убедительный смысл.

Мы расшифровали геном человека, но не геном Евангелия. Это тайна, а любые тайны привлекают певцов смыслов и служителей слов. Тайна спасения и его верного понимания волнует и притягивает и меня, сделавшись центром моей жизни и всех моих размышлений.

Там где есть волшебство, есть добрая сказка, есть и дети-чистые души (я говорю о святых), есть и свои антагонисты, есть и просто выросшие из возраста любителей помечтать. Иисус Христос сказал такие простые слова "Если не будете как дети - не войдете в Царство Небесное". Главной сказке этого мира - нужны самые верные читатели и последователи, нужны святые, принимающие сюжет просто и бесхитростно, но зато - всем сердцем и до донышка.

Вот только стать святым трудно. Трудно начать читать лучшую сказку мира о добре и зле как положено - глазами удивленного ребенка. Как "сказковед" - пожалуйста. Как литературный критик - да запросто. Но смирять себя до простоты, до наивного прочтения, разбудить в себе пятилетнего мальчика, огромными предвкушающими чудо глазами заглядывающего под елку в Рождество? Такое нам боле не под силу. И больше не звенит рождественский колокольчик в наших состарившихся душах.

Но почему?

Дети доверяют родителям. Взрослея, ребенок начинает претендовать на самостоятельность - в том числе от помощи и советов родителей. Пока не наломает дров. Мы ведем себя похоже по отношению к небу. Мы хотим все делать сами, радуясь собственным успехам и огорчаясь собственным неудачам.

Казалось бы - что в подобном подходе неправильно? Жить ведь нам и все так живут. Все верно - живут. И пьют антидепрессанты пачками, и создают целые жизненные философии вроде Буддизма, чтобы преодолеть страдания, вызванные тем, что не всегда у нас все получается. Индустрия частных практикующих психологов кормится с наших огорчений от жизненных неудач.

Быть как дети - это просто ЗНАТЬ, причем не просто на уровне абстрактного знания, а на уровне ощущения, что Бог прямо сейчас тебя видит. И ты играешь в Его песочнице. И эта игра, в некотором смысле - нужна. Она развивает тебя, если ты принимаешь жизненные неурядицы, не опуская руки. Все, что с тобой или мной происходит, Богу известно. А значит, допущено Его безусловно доброжелательным планом по отношению к тебе.

Бог безусловно думает о нас. Ведь именно в эту мысль перестаешь верить из-за множества наших проблем. Небо как будто бы нас забыло. Но это не так. Небо и помнит и заботится. Просто иногда забота неба о нас - это допущение наших страданий. Страдания обучают нас чувствовать страдания других. И потому быть как дети - это знать и помнить о родительском присмотре. Мы не можем давать себе права на сиротское мироощущение.

Наверное, быть как дети - это еще и быть послушным. Взрослые включают ум, а дети в раннем возрасте слушают родителей без рассуждения. Слушай мы Бога без рассуждения - мы бы стали ангелами. Но мы всегда ищем способ скорее стать умнее, чем стать послушнее воле Божьей. Станем проще - будем как дети - войдем в Царство небесное. Все наши беды от излишнего ума, излишнего своеволия и жажды "самому определять свою жизнь".

Или даже не столько определять, сколько "самому и по своим критериям оценивать оную. Мы знаем не по-наслышке, как часто нас посещают самые тяжелые депрессии, потому что мы не выполняем собственный план на жизнь. То - болезнь исключительно взрослых.

Конечно, Бог не мечтает видеть нас детьми всегда. Мое сознание теряется в попытках понять, кем же невероятным Бог видит нас в середине и ближе к финишу нашего пути. Иисус Христос сказал, что "надо стать как дети, чтобы ВОЙТИ в Царство". Но вход - это лишь начало небесного пути. Нельзя жить при воротах и быть вечным привратником. Бог - велик не только по существу, но и грандиозен своими планами. Относительно нас. И сегодняшняя жизнь - это краткий период, когда можно позволить себе побыть ребенком. Чтобы после стать кем-то взрослым.

Мы станем взрослыми в масштабах вселенной.
И когда-нибудь мы проникнем в самые глубины мироздания и задохнемся от его красоты.
Мы увидим, как зажигаются новые звезды и тихо или ослепительно ярко умирают старые.
Мы увидим дальние миры и неведомые ныне формы жизни.
Мы узнаем, какова на самом деле святая и жаркая любовь Бога и небожителей.
И увидим беспредельную вечность в глазах друг друга...

Соборная молитва по соглашению "Доброуст". Кол-во имен не ограничено!