Можно любоваться собой сколько угодно. Можно придумать сто разных способов унизить православную веру. Можно слушать умных атеистов и наслаждаться красотой и логикой их аргументов. Но - каждому из нас придется умирать.

В этот день не будут стоить ничего ни умные слова, ни теории супер-струн, ни "квантовые осцилляции вакуума". Только мы, наше холодеющее тело. И еще страх. А вдруг все правда. А вдруг жизнь ТАМ - продолжится.

Прямо сейчас над этим можно посмеяться, дать себе зарок, что "уж я точно бояться не буду". Будешь. Все боятся. И никакие научные знания не помогут преодолеть этот страх. Потому что подсознательно ты чувствуешь - мы знаем НЕ ВСЕ и не обо всем.

Два века назад мы не знали об атомах. Сегодня появилась реаниматология. Можно посмеяться над теми рассказами о другом мире, увиденном в клинической смерти. Легко утверждать, что это миф, когда ты молод. Ок, верь в это сейчас. Но перед смертью очень сложно успокоить себя научными доводами. Потому что наука показала, что она, в сущности, полностью равнодушна к тебе.

Да-да.

Ведь рядом с тобой в момент смерти будут не ученые (не дай Бог, в самом деле), а родные люди. Потому что в момент смерти маски сброшены и тебе хочется не умного, а теплого, доброго, живого. И уж точно самое страшное, что можно увидеть в момент смерти - это холодный взгляд ученого из под очков, внимательно исследующего феномен твоего умирания.


Наука нет дела до тебя. Возможно, науке есть дело до строения твоего кишечника, или объема твоей черепной коробки, но нет дела ДО ТЕБЯ. Наука живет, чтобы удовлетворить лишь свой собственный познавательный голод. Да это не и задача науки - творить тепло, творить отношения, творить любовь. Ты скажешь, что любовь существует и вне религии. Да. Но без религии любовь не вечна. И умирая, ты покидаешь любимых навсегда. Если не передумаешь и не откроешься для себя Бога, не переломишь себя и не почитаешь Евангелие.

Потому что Православие преодолело, победило "навсегда".

У всего свои задачи. Православие сражается со смертью. Наука сражается с раком. И может показаться, что наука выглядит красивее и убедительнее и уж точно полезнее человечеству. Но приближающаяся смерть сеет сомнения и от былой уверенности не остается и следа. А вдруг ТАМ - суд и каков будет приговор, если столько сил было отдано для насмешек над чужой мечтой.

Сейчас - смейся, если хочешь...

Но знай, что в момент смерти счастливо смеются, умирают со счастливой улыбкой на устах лучшие из православных - наши святые. Конечно, не все православные одинаково святы и среди нас есть много недостойных людей, но те, кто старались, кто жил по вере - обрели надежду.

У таковых были те же права, что у и тебя. Лечились в тех же больницах, пользовались телефонами и компьютерами. У них было все то же самое + светлая надежда на вечную жизнь, светлая мечта, жажда небес. Вот будет обидно узнать, что совершенно бесплатное знание было доступно и тебе, но ты не просто был равнодушен. Ты - смеялся над самой возможностью узнать о Боге. Или, если так уж хочется научного - узнать о том, как люди ПОНИМАЮТ Бога.

Весь мир знает Вольтера. И весь мир знает мать Терезу. Обоих знает весь мир, но кого бы ты хотел видеть у своей постели в час своей смерти? Не лги себе, ведь в момент смерти все маски сброшены. Ибо только годы научают нас ценить любящих, добрых людей и спокойнее относиться к людям-умникам. Ибо умные слова как луна - светят, да не греют. А старые косточки и согреть хочется.

Да, сейчас не хочется говорить о смерти. Потом, все потом...

Сейчас я вдоволь посмеюсь да поругаюсь на то, что другие называют святым. Ведь я на этом так много заработаю. Так, стоп! А что я на этом заработал? Ммм... Абсолютно ничего! Известность? Это предельно продажная штука. Люди равнодушны друг к другу. Им нет дела ни до кого. Их признание моей известности - полно внутреннего равнодушия. Признание моего ума? И много мне капнуло на счет от высказываний против веры?

А знаешь...

Ведь все мы были такими. Никто верующим не рождается. Просто мы, верующие, мы разочаровались в мире. Наука обещает золотые горы, но пока мы видим дорогое электричество, лекарства по цене вертолета (да-да, вспоминаем сборы для больных детей на лечение где-нибудь в Израиле по цене 300 000 долларов) и колбасу с картоном без мяса.

Да, у нас такие же глаза, мы не слепые и видим летающие по небу самолеты, смартофоны с кнопками на экране и видеосвязь через тысячи километров. И - почему то нас все это в себя не влюбило. Есть - признаем и пользуемся. Но это просто инструмент для жизни, но не ее смысл.

Конечно, науку можно любить.

Но не надо считать ее главной в жизни.

Стань умным человеком, это прекрасно!

Но цени человеческое тепло, доброту. И пойми, друг, что только вера обещает сохранить наши лучшие человеческие качества навечно. Ведь у смертного одра маски сброшены. То - момент истины. И было бы слишком страшно осознать "я наговорил слишком много лишнего против веры... и мне к вере приходить поздно".

Поздно - плохое слово. И ученые, и верующие, да все согласятся, что опоздать - это плохо. Читать умную книгу на смертном одре, зная, что всю жизнь посвятил добру, посвятил людям - нормально. Хотя естественнее была бы молитва и простые слова к Богу "пожалуйста, прости меня". Но зная, что всю жизнь высказывался где только мог против веры, был разрушителем чужих цветников, топтал чужие мечты о небе, будет уже не до умной книги. Вольтер, умирая, просил вовсе не учебник по физике. Как умирал Вольтер - то сюжет не для слабонервных.

Я люблю науку.

Но я люблю и православную веру. Это - МОЖНО совместить.

Когда я болею, я иду к врачу и уважаю его за святой труд. Когда я пользуюсь компьютером, я мысленно благодарю ученых за возможность обратиться к вам. А когда я вижу, как с помощью той же науки падают бомбы или создаются вирусы, или поддельные продукты питания, я понимаю, зачем нам нужна вера.

Такой взгляд на мир делает человека свободным. Раскрепощает ум и одновременно наполняет сердце надеждой и свободой. Пусть наука займет в вашей жизни то место, которое ей и положено - дополнительного инструмента познания к величественному человеческому разуму, призванному к вечной жизни.

Ведь как бы мы не старались познать мир - мы по-прежнему смертны и нуждаемся в надежде.

Соборная молитва по соглашению "Доброуст". Кол-во имен не ограничено!