Мир через розовые стекла прекрасен и слащаво радушен. И часто именно таковым и пытаются представить православное христианство люди, далекие от его подлинного духа. Христианство же не слащаво. Христианство - высоко, смело, сильно, гордо. Как ни крути, но к христианству наиболее применимы военные термины. Христиане - воины Христовы. Священники - светлое офицерство. Есть свои легендарные эпические герои - великие святые. Есть дисциплина, есть послушание авторитету священноначалия.

Православное христианство часто пытаются сделать слащавым и розово-радушным. В основном, агрессивно настроенные к вере атеисты. "Мы вас будем троллить - вы же должны смиряться". Иногда крайности выглядят как "вы, христиане, терроризируете весь мир, мы же - невинные овечки".

Это две крайности и обе неверны.

У всех есть перекосы, есть люди "не на своем месте", не вполне понявшие суть православия. По ним судят по всему православию, выдавая частное за общее. Но люди, они же шире отношения угла гипотенузы к углу катета, они вечно норовят отчудить такое, что понимаешь - человек в самом деле образ не обезьяны, а Божий, не иначе. Слишком уж мы широки, чтобы нарисовать наш однозначный портрет. Ведь есть те, кто удивляет красотой поступков, а есть и "идущие мимо" - и мимо жизни и мимо добра. И вообще - как то мимо всего.

Но если по простому, по мужицки... Взять да и нарисовать образ нормального, здорового душой и телом.

Я давно для себя вывел в своем сознании (как в питомнике) некий образ идеального современного православного христианина. Такого, чтобы дружить с ним было бы за честь и радость, быть вхожим к нему в дом - особо оказанным доверием, а быть частью его жизни - путь к собственному росту. Ибо дает возможность погреть ум и сердце о чужой благородный святой огонь. Ведь с "преподобным - преподобен будеши".

Мою мечту об идеале верующего не так уж и трудно реализовать. Как у Микеланджело - в каждом камне есть скульптура. Надо лишь обтесать лишнее. Обтесать ювелирно, чтобы без носа или глаза не оставить. А то - бывали прецеденты...

Первое, что я бы точно удалил у современных православных верующих - жажду говорить церковными словами по поводу и без повода, произносить смиренные слова, но на практике быть сложным человеком.

Почему?

Да потому что это стилизация. А любая стилизация, это как мода. Можно пойти выбирать новое платье и обнаружить, что на работу все пришли в таких же. Неудобно получилось. Все хотели быть оригинальными, а оказались одинаковыми, как бутылки с Колой. Налетай, разбирай. Верующего заказывали? Бери любого, они все одинаковы.

Вот этого бы не хотелось. Одинаковая речь не к лицу потомкам Пушкина и Достоевского. Христианин должен быть ярким, и не бояться своей индивидуальности. Просто эту яркость надо уметь преподносить мило и непосредственно. Быть собой, но не навязчивым. Быть остроумным, но без излишнего болезненного юродства. Но и сухость долой.

Кстати, о сухости. Многие христиане впадают в сей недуг. То ли излишняя "зацикленность" на обрядах, то ли борьба с грехами на исповеди измучила душу, то ли какой-то сердечности человеку не хватило. И христианин становится скучным, не интересным моралистом.

Даже от тени таковых скисает молоко в крынках. Наверное, таковой похож на впавшего в депрессию продавца сетевой косметики. Продавать ПРОДУКТ надо, но все опостылело, а общаться умеешь только заученными фразами про лучшую в мире помаду. И на свет рождается "цитатник" - ходячий сборник цитат, форумный опытный тролль 90-го уровня, способный десятью разными ссылками на 20 святых отцов доказать любой Consensus Patrum, доказать любую истину. Такому прямая дорожка в парламент или адвокатом в уголовный суд. Вот был бы спец. Оторвали бы с руками...

А вообще, все мы могли бы стать сухарями. Мы всегда ходим под дамокловым мечом, который при падении отрубит нам лучшую часть души. Ту, что умеет любить. Наверное, именно это происходит в подобных случаях "осухаривания" - человек так и не разглядел в христианстве главного. Уметь ЛЮБИТЬ человека. А любить - для начала "бояться обидеть", а потом и "стараться порадовать".

Я считаю, что ничто другое так не украшает христианина, как мужественная, выстраданная, вытекающая из трудной жизни доброта. Почему обязательно из трудной? Потому что это та доброта, что не наиграна, что не рисовка на публику, что не есть сюсюкание. Голодал сам - сочувствуешь голодному. Был биваем - сострадаешь побиваемым. Болел - сострадаешь болеющим. Через все прошел сам, все знакомо, все изучено и потому - понято сердцем.

И еще мне бы очень хотелось...

Милые мои, хорошие, родные братики, сестрички. Ну не увлекайтесь вы этой политикой. Кто-то с кем-то воюет. Какие-то там инициативы политические. Какие-то скрепы. Какой-то очередной запах идеологии.

Наверное, идеальный христианин добр и при этом слегка подслеповат. Подслеповат не в том смысле, что слаб здоровьем, а в том, что закрывает глаза на "игрища" верхов. Сегодняшнее святое христианство - это вера обычных рядовых прихожан. Сегодня они, не верха, являются хранителями христианского света. Верха нас "посчитали", измерили, согнали в статистические таблицы. Истинная вера шире таблиц, ее углами и косинусами не измеришь...

Говорят, что в нашей стране столько-то православных, столько-то причащается, столько-то ходит в церковь по праздникам, крестный ход такого-то епископа собрал столько-то человек.
Много говорят.

Истинный верующий больше этого не слушает. Он закрывает уши на слишком высокие цитаты из золоченых кабинетов. Сегодняшний верующий охотнее послушает сельского батюшку, того, что топит печку, умеет доить корову и участвует в сенокосе. Сегодня в цене вдруг внезапно стала простота - и жизни и слов и поступков. Поступки - незатейливо добры, слова просты, но пронзают сердце, а руки - натружены и в мозолях.

Известный миссионер о. Даниил Сысоев ввел в широкий обиход древний термин "Уранополитизм". Этим термином называется явление, при котором христианин мыслит себя в интересах ОДНОЙ своей родины - небесного града Иерусалима, того что на небесах.

То есть, христианин считает себя гражданином Царства Небесного и не особо внимает тому, что происходит в земной родине. Ибо все конечно - и империи рушатся и города и страны ветер времени превращает в пыль. А небесный град царствует вечно и переживет звезды.

Я не уранополит (так называют тех, кто поддерживает идеи уранополитизма). В уранополитизме есть свой недостаток. Избыточная уверенность в том, что я обязательно попаду в Царство - первый из них. Как я могу верить, что я УЖЕ гражданин Царства, если я полон мрака в душе и темных поступков.

Но что-то в этом есть.

У истинного православного христианина сегодняшнего дня, как мне мнится, должно быть некое глобальное равнодушие к политике и всему телевизионно-лубочному. Наверное, сегодня у нас, у христиан, как никогда ранее, должен быть силен иммунный ответ на современный вызов - тотальный социальный контроль. Этот иммунный ответ должен быть тихим и заключаться не в массовом выходе на площади, а просто в отказе от всего того, от чего задыхается мир.

Современный христианин должен стать человеком книги (и чаши, как говорит о. Андрей Ткачов). Не телевизора, а именно книги. И даже если новости, политика, скандалы будут лезть из всех щелей - биться за свое право быть вне всего этого.

Наверное, я бы мог создать на основе всего вышесказанного следующий портрет - идеальный христианин сегодняшнего дня равнодушен к политике, умен, начитан, пропущен через горнило страданий и обретший через это особую подлинную доброту. Его встречаешь - улыбаешься. А расставшись - ощущаешь потерю.

Это простые критерии. Присутствие истинного христианина вызывает радость, а отсутствие - печаль. Как сказал Гейне в "Доктрине"

Вот тебе смысл глубочайших книг,
Вот тебе суть науки всей.
Людей барабаном от сна буди,
Зорю барабань, не жалея рук,
Маршем вперёд, барабаня, иди, —
Вот тебе смысл всех наук.


Христос сказал иначе. "Вы есть свет миру..."

Пора бы уже начать светить.

Соборная молитва по соглашению "Доброуст". Кол-во имен не ограничено!